Теперь ты царь. Но уж не тот,
Глухой и слепой, как старый крот.
Ты вмиг прозрел и вновь стал молодым,
Ведь Смерть вошла в твой дом с оружием кривым.
Сейчас придётся ей всю жизнь открыть,
И муки совести заставят волком взвыть.
Уж вспомнишь каждый миг и шаг вражды
И вдруг поймёшь, что это был не ты.
Ночная гостья спросит:
Смерть:
Как твоя душа?
Войдёт спокойно в разум, стены все круша.
Взмолившись, скажешь:
Грешник:
Постой, и дай мне миг!
Над миром пронесётся признаний дикий крик!
Грешник:
Я не хотел так жить - меня заставил этот век,
Ведь на земле, на грешной, я просто человек.
А выбирать был должен из двух зол одно:
Трон и убийство, или скромной жизни дно.
И убивал, и лгал, чтоб самому дышать,
Не позволял другим от слабости рыдать.
Я шёл вперёд, забыв про честь и стыд,
За это золотом мой стол покрыт.
Душа была омыта кровью тех,
Кто этой жизни не узнает вех,
Кто не хотел за Ад в Раю служить,
И перед Смертью все свои мечты сложить.
О Боже, как я глуп, ведь я не жил.
В вине Разумное всегда топил,
Боялся плакать и кричать, когда хотел,
И даже заглянуть в глаза свои не смел.
Да, испугался я, что буду не силён.
Не знал тогда, что в дно влюблён.
Смерть:
А-а-а, о пощаде молишь? Это не ко мне.
Приказ мне дан тебя отправить вне!
От жизни земной ты слишком много взял,
Но сущности её ты так и не узнал.
Теперь лети туда, где нету ничего,
И у обоих вымаливай одно:
Чтоб кто-нибудь из них позвал к себе,
Страдания души чтобы смягчить тебе
