В очень черном страшном сне
Пляшут тени на стене
Чей-то голос шепчет мне:
"Эй проснись, ты на войне"
Пляшут тени, рвется нить
Не спасти, не сохранить
Из колодца страшно пить
Страшно думать, страшно жить
В город попали мы глубокой ночью
Как-то здесь не очень в темноте, но не точно
Нет, слева где-то шорох, стук
Скелеты в шкафах нас берут на испуг
И страх на ухо прошептал: "Беги!"
A глаза его так велики
Парализован, рукой не пошевелить
Страшно думать, страшно жить
Страшно думать, страшно жить
В черном-черном городе черные люди
Выглядят поношено, рожи перекошены
В черном-черном городе больше не будет
Ничего хорошего, ничего хорошего
Ночки темные пошли
Темнота, хоть глаз коли
Льва не отличить от тли
Освети и обнули
Побелели кулаки
Прикусили языки
Черти, черточки, круги
С нами Бог, кругом враги
Толком не видно нам черного в черной комнате
Хоть вор, а хоть и прокурор – не поймать
Только тенью вместо глаз
Он выдает себя, но не раз на раз
И это будто в холод зуб на зуб
Не попал, и вот уже ты труп
И кто-то смотрит прямо в окна с холма
Скоро город вскроет тьма
В черном-черном городе черные люди
Выглядят поношено, рожи перекошены
В черном-черном городе больше не будет
Ничего хорошего, ничего хорошего
Освети, освети
Освети и обнули
Освети, освети
Освети и обнули
С нами Бог, с нами Бог
С нами Бог, кругом враги
С нами Бог, с нами Бог
С нами Бог, кругом враги
Освети, освети
Освети и обнули
С нами Бог, с нами Бог
С нами Бог, кругом враги
В черном-черном, в черном-черном
В черном-черном городе черные люди
Выглядят поношено, рожи перекошены
В черном-черном городе больше не будет
Ничего хорошего, ничего хорошего
Ничего хорошего, ничего хорошего
Ничего хорошего, ничего хорошего
