Не шумит ковыль седая и не видно воронья,
Конь мой, вороный, кивая, верно смотрит на меня,
Видно чует брань святую и прощается со мной,
Видно знает, что сегодня я погибну молодой
Видно знает, что сегодня я погибну молодой
Я кисет достану сшитый моей матушкой родной,
Закурю табак ядреный, выдыхая синевой,
Зорька скоро загорится и видать уж небеса,
Вдалеке уже зариться горизонта полоса
Вдалеке уже зариться горизонта полоса
Вон оттуда, с горизонта, должен лютый враг прийти,
Здесь в степи, на поле брани должен смерть свою найти,
Вот и стая поднялася, воронье кружит смеясь,
Ну а я смотрю на небо, свому Господу молясь
Ну а я смотрю на небо, свому Господу молясь
О Господь, Отец небесный, если в брани я умру,
Сохрани, прошу тебя я, мать, жену и детвору,
Только чтоб в родной сторонке вольна жизнь была всегда
И убитыми сынами не кормила воронья
И убитыми сынами не кормила воронья
Жаль, что мне придется рано в лютой сече умереть,
Посадить хотел я тополь, нынче видно не успеть,
Ничего есть кровь родная, сын в станице подрастет,
На моей сырой могиле в память тополь расцветет
На моей сырой могиле в память тополь расцветет
Не шумит ковыль седая и не видно воронья,
Конь мой, вороны, кивая, верно смотрит на меня,
Видно чует брань святую и прощается со мной,
Видно знает, что сегодня я погибну молодой
Видно знает, что сегодня я погибну молодой
